ли не всех окрестных дворян.

- Кроме герцога Торренкульского? - решил слукавить Карсидар.

- Почему, и в окрестности Торренкуля тоже, - равнодушно заметил Пеменхат.

- Как же тогда...

- О, пустяки! Пара мелких услуг вроде охраны особо ценных грузов, которые

позарез необходимо протащить через владения его недругов... да ещё кой-кого

устранить... - Пеменхат сделал многозначительный жест. - И вот, я живу почти

под самыми городскими стенами.

- А совсем позабыть...

- Совсем?! Что ты, Карсидар! Оскорбление дворянского достоинства не

забывается никогда.

- Тем не менее Торренкуль пользуется твоими услугами и разрешает открыто

держать трактир. О, боги, что за лицемерие! - возмутился Карсидар. - Ну, а как

с другими? Неужели ты торчишь под стенами этого городишки, как гриб под

деревом?

- Почему же, куда и когда надо, туда и тогда еду по делам. В конце концов,

если за голову не платят, нет и охотников. А для любителей поразвлечься я вожу

с собой свой маленький ножичек.

- Уж не тот ли, которым ты грозился раскромсать мне шею?

- Он самый.

Карсидар хлопнул Пеменхата по плечу и попросил ещё вина. Когда же

трактирщик притащил очередной кувшин, он как бы невзначай заметил:

- Значит, вот так и живёт нынче старый мастер Пеменхат. Осел на тёпленьком

местечке, корнями в землю врос...

- Я не мастер, - резко отозвался трактирщик. - Я почтенный Пем, попрошу

заметить это и учесть на будущее.

Он вдруг покраснел и с гордостью добавил:

- Мастера, они кто? Голодранцы. Ни кола у них, ни двора. Острый меч,

добрый конь да умение владеть мечом и править конем - вот всё их достояние. А у

меня хозяйство! У меня положение!

- Положение тайного охранника герцогских драгоценностей, при необходимости

не брезгующего и другой грязной работёнкой, - язвительно уточнил Карсидар.

- Это опять же ради дела, - строго произнёс Пеменхат.

- Ради дела! - Карсидар шумно вздохнул и заметил как бы невзначай: - А

знаешь, любезный Пеменхат, ведь я собирался убить тебя. Для пользы дела, между

прочим.

- Ага, ложкой в лоб, - подтвердил трактирщик. - Не догадаться об этом

может разве только последний болван.

- И чем дольше я говорю с тобой, - задумчиво молвил Карсидар, - тем больше

убеждаюсь, что всё-таки следовало тебя прикончить!

- Но не убил же, - тихо сказал Пеменхат. - Значит, нашёл что-то достойное

помилования. Или сострадания. Или сожаления. В общем, сохранения жизни.

- Вот и дурак, что пожалел. Следовало убить, право слово! Потому как

конченый ты человек, любезный мой трактирщик! Никто ты теперь, понял? Никто!!!

Был мастером - стал никем... Грустное это зрелище, хочешь верь, хочешь не верь,

мне теперь всё едино. А Ромгурф покойный как о тебе отзывался, что говорил...

- Лучше не надо о нем, - попросил Пеменхат, и в голосе его лопнувшей

струной прозвучала грусть.

- А я говорю: проводи меня в мою комнату, трактирщик! - гаркнул Карсидар и

докончил уже почти спокойно: - Хватит об этом. Живи себе дальше, как прежде

жил. Привечай путников, корми-пои, денежки с них дери и... будь счастлив! Если

сможешь. Если совесть тебя не загрызёт в память о мастере Ромгурфе и прочих

бывших твоих товарищах, которых ты похоронил не в этой, а в какой-то иной своей

жизни.

- Молчи! - чуть ли не взмолился Пеменхат.

- Нет, пошли! - Карсидар встал, но пошатнулся, взмахнул руками и как бы

невольным широким жестом смёл со стола всю посуду. Схватившийся за голову

Пеменхат словно и не заметил этого. - Можешь записать разбитые кувшины на мой

счёт. Можешь записать на мой счёт даже выпитое тобой вино. Всё можешь! Я у тебя

долго не задержусь. Утром - немедленно в путь. Непременно! И учти: никакой

такой Карсидар в гости к тебе не заглядывал. Не опасайся, что тебя начнут

преследовать как укрывателя подозрительных личностей. Ещё до рассвета я исчезну

отсюда навсегда.

Он шагнул к выходу, но Пеменхат не тронулся с места.

- Ну, что же ты? Иди, показывай дорогу, - окликнул его Карсидар.

Пеменхат повернулся к нему и медленно произнес:

- Разбитые горшки... будь они трижды неладны... мне остаётся отнести не на

твой счёт, благородный мастер Карсидар, а на счёт выпитого тобой вина. Как,

впрочем, и весь вздор, что ты наболтал. Видать, слабоват ты насчёт выпивки. Эх,

молодежь пошла!.. - Пеменхат стащил с головы повязку и вытер ею вспотевший лоб.

- Так покажешь ты мне, где можно выспаться или нет? - спросил Карсидар уже

довольно мягко.

- Нечистый тебя побери! - беззлобно ругнулся Пеменхат. - Не такой ты

простой, как кажешься. Недаром о тебе так восторженно отзываются и ценят твою

голову столь высоко... Ты же сам превосходно знаешь, что не покажу! Что нам

предстоит ещё долгий разговор!

Карсидар улыбнулся.

- Эх, и почему меня время от времени охватывает необоримое желание бросить

всё нажитое и рвануть в путешествие? - сокрушался Пеменхат.

- А ведь и ты поскромничал, - заметил Карсидар. - Твоя голова и сейчас,

должно быть, стоит немало. Соображает она неплохо.

- Ладно, ладно, нечего льстить, - одёрнул его Пеменхат. - Рассказывай

лучше, зачем пожаловал. Куда предстоит ехать? Кто нас нанимает? И в чём,

собственно, заключается дело?

- Тогда... ещё вина, - приказал Карсидар.

- А может хватит? - осторожно спросил Пеменхат.

- Пустяки, я не пьян. Это, - Карсидар кивнул на валявшиеся на полу

черепки, - я так пошутил. Надо же было расшевелить тебя.

Пеменхат проворчал что-то неразборчивое. Впрочем, вина принёс, но только

один кувшин.

- О делах говорю лишь на трезвую голову, а выпитого с меня предостаточно,

- пояснил он и принялся убирать.

Тем временем Карсидар неторопливо потягивал вино и задумчиво смотрел на

пылавший в очаге огонь.

- Между прочим, хотелось бы знать одну вещь, - так начал он после

продолжительного молчания. - Достаточно ли хорошо ты рассмотрел полученную от

меня монету?

Пеменхат встрепенулся.

- Судя по твоему вопросу, она фальшивая, - в голосе его чувствовалось

разочарование. - Каждый, кому не лень, старается надуть беднягу Пема. Даже

друг.

- И тем не менее? - повторил Карсидар.

- И тем не менее я не заметил никакого подвоха, - честно сознался

Пеменхат. - Хотя... Подвох был?

- Где монета? - спросил Карсидар.

- Со своими сёстрами, где же ещё.

- Ты сможешь выбрать её из кучи других? Не попробуешь ли? - спросил

Карсидар и интригующе подмигнул.

Пеменхат сходил к стойке, принёс горсть золотых, выложил их на стол и

принялся перебирать. Однако через некоторое время признал, что не может выявить

подделку.

- А теперь я попробую, - вызвался Карсидар.

Вопреки ожиданиям Пеменхата, он принялся действовать весьма необычным

способом - а именно стал подносить монеты одну за другой к своему уху, в

котором красовалась серьга в виде шарика небесно-голубого цвета. Пеменхат

удивлённо наблюдал за ним.

- Ну-ка послушай! - Карсидар неожиданно поманил трактирщика пальцем.

Пеменхат приблизился к нему почти вплотную - и услышал

тоненький-претоненький писк. Шарик серьги пел!

- Вот и подделка, - пояснил Карсидар.

- Как? - Пеменхат явно ожидал чего-то более серьёзного, чем пищанье в ухе.

- И это всё?!

- А разве тебе этого мало?

Пеменхат оттопырил нижнюю губу и как-то странно взглянул на собеседника.

Карсидар отрывисто хохотнул.

- Да ты не бойся, я не сумасшедший. Просто это ещё не всё. Я тут тебе

ложку испортил, любезнейший Пем...

- О, какие пустяки! - Пеменхат протестующе замотал головой, решив, что

Карсидар всё же обиделся на него за недавнюю ссору.

- Тем не менее, вот тебе взамен.

Карсидар вытащил из-за пазухи совершенно новую оловянную ложку. Правда,

она почему-то не блестела.

- Да за кого ты меня принимаешь?! - возмутился Пеменхат. - Убери её

немедленно!

- Воля твоя, - покорно сказал Карсидар. Но вместо того, чтобы спрятать

ложку обратно, швырнул её прямо в очаг.

Пеменхат в растерянности всплеснул руками.

- Ну, разве стоит так расстраиваться? Я же просто пошутил... -начал

оправдываться он, однако Карсидар властным жестом велел: молчи и смотри.

Пеменхат послушно подчинился.

А с ложкой и впрямь творилось что-то непонятное. Олово уже давно должно

было расплавиться, однако ложка лежала на раскалённых угольях цела-целёхонька.

- Смотри-ка! - дивился такому чуду Пеменхат. - Мастер Карсидар решил

преподнести старику огнестойкое олово.

- Не совсем так, - уклончиво ответил тот. - Его можно расплавить, просто

надо развести огонь пожарче. Есть каминный мех?

Пеменхат принёс требуемое. Карсидар подошел к очагу, подбросил дров и

принялся изо всех сил работать мехом. Пламя так и загудело, на Пеменхата

пахнуло жаром.

- Как бы заведение не спалить, - осторожно заметил он. - Ты бы отошёл на