- С приездом, - сказал председатель, опорожняя свой стакан.

Дронго начал пить маленькими глотками. Жидкость не просто обжигала,

она оглушала. Это была невообразимая смесь, сразу бившая в голову. Он

непривычки поморщился. Председатель улыбнулся. - Наша настойка, - с

гордостью сообщил он - Очень забористая.

В этот момент в комнату вошел высокий пожилой мужчина. Ему было под

семьдесят. Одет он был в обычный тулуп - нечто среднее между дубленкой и

выделанной шубой, какую носят чабаны. Незнакомец молча кивнул

председателю, снял шапку и сел на один из стульев.

- Ты расскажи, Степан, что видел. Только пусть сначала наш гость

деньги отдаст, - хитро подмигнул председатель. - Он говорил, что совхоз

деньги получит.

- Вот пять миллионов, - достал деньги Дронго, - можете оприходовать

их в своей бухгалтерии.

Председатель принял деньги, внимательно пересчитал их и только после

этого повернулся к Степану. У того были грубые, размытые черты лица,

резкие морщины, большая седая борода.

Он нахмурился.

- Чего рассказывать. Я только видел, как он садился.

- Он падал? - быстро спросил Дронго.

- Кажись, нет. Он садился. Я видел, как он вниз пошел. Но не падал, -

упрямо ответил Степан.

- Где это произошло?

- В песчанике, на Аграханке, как раз за холлами у моря.

- Что такое Аграханка? - Это мы так называем Аграханский полуостров,

- объяснил председатель, - он начинаете внизу за холмами, у моря.

- Вы видели, как садился самолет?

- Видел, - кивнул Степан.

- Вы к нему подходили?

- Нет. Просто удивился. Вижу самолет. А я знаю, что там дальше

песчаник глубокий, выбраться нельзя. Так самолетик туда и сел.

- Как это - выбраться нельзя?

- Ну, сесть, значит, можно, там полоса широкая. Но потом песчаник

сразу засасывает. Там зыбкие пески. У нас на Аграханку никто не ходит -

боятся.

- Самолет может сразу провалиться?

- Нет, не сразу. Но если постоит немного, ну день, например, то

провалится обязательно. А уж взлететь оттуда никак не сможет. Там и

разогнаться-то нельзя.

- Почему вы так решили?

Степан усмехнулся. Потом сообщил:

- Я на войне в авиационном полку служил, в охранении. Знаю, какой

разбег для самолета требуется. Нет, там самолет взлететь никак не может.

- Ясно. Вы подходили к самолету?

- Нет. Просто видел, как он садится. И больше ничего не знаю.

Дронго обернулся к председателю.

- Кажется, вы меня обманули, - весело сказал он, - за такую

информацию пять миллионов не полагается.

Председатель быстро накрыл деньги рукой.

- Нет, - покачал он головой, - ничего я тебя не обманывал. Уговор

дороже... Ты про самолет хотел слышать, вот и услышал. А наш Степан

всегда правду говорит. Мы поэтому и не суетились. Самолетик сел, если

люди там были, могли уйти.

Поэтому суетиться не нужно.

- Вы точно помните, что не слышали взрыва? - уточнил Дронго.

- Точно помню, - кивнул Степан, - взрыва не было. Самолет сам сел, он

даже шасси выпустил.

Степан поднялся, повертел шапку в руках.

- Ну я пошел, сказал он, глядя на председателя. Тот махнул ему рукой.

Когда Степан вышел, Дронго поднялся следом за ним.

- Спасибо вам, - сказал он. - Может, дадите нам Степана в

проводники?

- Нет, - возразил председатель, - ты нас в чужие дела не мешай.

Самолет упал или сел - нас не касается. Аграханка рядом находится, за

холмами, спуститесь вниз, и там вам любой покажет.

- Спасибо, - кивнул Дронго.

- А бензин я вам дам, - сказал вдруг председатель, - только немного.

И платить за него будете. Ты, видать, богатый, денег тебе не жалко.

- Ох и дока же ты! - засмеялся Дронго. - Как это ты здесь сидишь? С

такими талантами тебе президентом быть нужно.

- А мне и здесь хорошо, - сказал председатель, улыбаясь, - я тут уже,

почитай, двадцать лет. И все это время совхозом командую.

- И даже Ленина не снял? - показал на портрет Дронго.

- Зачем его снимать? - рассудительно спросил хозяин кабинета. -

Хороший мужик был, толковый. Здорово все придумал. Если бы жили, как он

говорил, может, и не собачились бы теперь. Вот у нас развал начался,

когда от него отвернулись. Поэтому и держу. Раньше комиссии приезжали,

ругались. А сейчас нет - наоборот, хвалят. Может, там у вас, в Москве,

снова решили все поменять? Только я так думаю, что два раза одну корову

не подоить. Кончилось то время навсегда о новом думать нужно. И чтобы

люди жили хорошо и по совести.

Дронго протянул ему руку.

- Спасибо вам, - искренне поблагодарил он.

Глава 39

Казбек закрыл глаза и стиснул зубы, ожидая, когда нож коснется его

пальцев. Он уже понял, что умрет здесь, недалеко от своего села, и умрет

мучительной смертью. Он ждал, когда нож смуглого отсечет ему первый

палец.

Мучитель медлил. Он явно наслаждался моментом, глядя на своего

пленника. Он еще помедлил и затем поднял нож.

В этот момент прозвучал выстрел. Смуглый даже не оглянулся, чтобы

посмотреть, откуда прозвучал выстрел. Он как-то странно повалился на

бок, выронив нож. Казбек, все еще не веря в случившееся, взглянул на

него, заметил, как кровь вокруг головы смуглого быстро впитывается в

землю. У него была прострелена голова. И только осознав этот факт,

Казбек поднял удивленные глаза на второго похитителя, который держал в

руке все еще дымившийся пистолет.

- Не люблю, когда мучают людей, - признался второй.

Казбек не понимал, что происходит. С одной стороны, эти двое

преследовали их всю дорогу. Они умудрились найти их даже в этих горах,

найти без проводника и без своего осведомителя в колонне. Они смогли

проникнуть в село и залезть к нему во двор. Они сумели даже выкрасть

Казбека из собственного дома, заставив навсегда замолчать его собак. И

все это сделали двое неизвестных, которые были для Казбека детьми

шайтана, а не людьми. Он был готов к любым мучениям. Но вдруг один из

них убивает второго. Казбек даже думать боялся о том, почему второй

сделал такой невероятный шаг.

А тот тем временем подошел к пленнику. Он явно не торопился

освобождать его. Взглянул на машину, потом на Казбека.

- Не люблю садистов, - снова сказал он без всякого сожаления.

Казбек тяжело вздохнул. Для него подобные действия были непостижимы.

Стоило пускаться в такой опасный путь, следить за колонной, рискуя

жизнью, пробираться в село, опасаясь быть узнанным, только для того,

чтобы потом так быстро и жестоко пристрелить своего напарника.

"Может, он хочет моей благодарности? - с недоумением подумал Казбек.

- Или его тоже волнуют деньги из этого самолета? А может, они хотят меня

обмануть? И мой мучитель сейчас оживет?"

Он снова посмотрел на лежавшего рядом с ним смуглого. Нет, так

притворяться невозможно. И кровь настоящая. Казбек видел, как умирают

люди, и мог отличить подлинную смерть от фальшивой. Этот человек явно

умер, и стрелял в него собственный напарник. Но почему он это сделал?

И, словно отвечая на его вопрос, второй похититель наклонился к нему.

Только теперь Казбег внимательно рассмотрел его лицо. Похитителю было

около сорока лет. Он был невысокого роста худощавый, гибкий.

- Останешься здесь, - сказал он, - пока я не вернусь. И не вздумай

делать глупости. Иначе тебе будет плохо. Я оставлю тебе воду и палку.

Если появятся какие-нибудь звери, ты сможешь отбиваться. Но одну твою

руку я освобождать не стану, иначе ты уйдешь. А мне нужно, чтобы ты меня

дождался.

- Хорошо, - сразу согласился Казбек, - я тебя буду ждать. Куда ты

пойдешь?

- В твое село, - ответил странный человек, - мне нужно поговорить с

вашим полковником.

- Ты хочешь ему что-то предложить? - понял наконец Казбек.

- Тебя, - лаконично ответил незнакомец, - Ты хочешь меня продать ему?

Или заключить сделку? - продолжал допытываться Казбек.

- Я думаю, что сделку, - рассудительно сказал похититель, освобождая

его левую руку. Казбек едва не дернулся, но вовремя понял, что шансов у

него нет никаких. С одной рукой он все равно не сможет ничего сделать

этому умелому убийце и только усугубит свое положение. Неизвестный

быстро и ловко освободил его вторую руку и снова заковал обе руки, чуть

поднимая их вверх и оттягивая назад.

- Какую сделку? - глухо спросил Казбек. Было довольно больно, но

терпимо. Незнакомец подвел его к дереву, росшему на скале, и, подумав

немного, достал еще одну пару наручников, приковав левую руку и левую

ногу своего пленника к дереву. Проверив наручники на прочность,

неизвестный отошел к машине и принес Казбеку палку и воду. Потом,

подумав, сказал: