- Наверху, - ответил Вейдеманис. Он сидел в кресле рядом с диваном, и

его тоже не было видно в темноте.

- Эдгар, - спросил его Дронго, - кто отнес свечи женщинам?

- Я, - отозвался Вейдеманис. - Они в подавленном настроении. Ты

представляешь, что они чувствуют? Буянов поднялся наверх, чтобы быть

рядом с ними.

- Я тоже пойду туда, - сказал Дронго. - Нам для полного счастья не

хватало только этой аварии. И движок нельзя включить.

- Мне пойти с вами? - спросил Алтынбай.

- Нет, - ответил Дронго. И в этот момент сверху раздался женский

крик.

- Господи! - воскликнул Погорельский. - Неужели еще кого-то убили? -

И он вдруг пьяно расхохотался. Это было так неожиданно, что его смех

подействовал на всех гораздо сильнее, чем женский крик. Первыми к

лестнице бросились Дронго и Вейдеманис. За ними уже спешили Алтынбай и

Олег.

Глава 6

Спотыкаясь, они поднимались по лестнице и уже спешили по коридору,

когда едва не столкнулись с Буяновым.

- Все в порядке! - крикнул Сергей. - Все нормально. Только у Наташи

Толдиной сдают нервы. Ей почудилось, что Катя шевельнулась. Это просто

молния осветила тело, а Толдина закричала. Я говорил ей, чтобы она там

не сидела. Но она настаивала.

- Пусть крестится, когда ей кажется, - недовольно заметил Олег.

- Не нужно, - попросил Дронго, - ей и так плохо.

- Нам всем плохо, - сказал Шарай, - но мы же не кричим по пустякам. И

все держат себя в руках.

- Особенно ваш руководитель, - заметил Дронго. - Он всегда такой

уравновешенный?

- Всегда. Я его знаю шесть или семь лет. Он всегда спокойный, при

любой ситуации. Я ему иногда даже завидую.

Дронго вошел в комнату, где горела свеча. Толдина взглянула на него и

отвернулась. Вейдеманис, тяжело дыша, последовал за Дронго.

- Может, вам лучше здесь не оставаться? - спросил Эдгар.

- Я буду сидеть тут до утра, - упрямо сказала Толдина. - Это мой

долг.

- А почему у вас горит только одна свеча? - спросил Дронго. - Мне

сказали, что вам дали три свечи.

- Одна на кухне у Нани, - пояснил Буянов. - Все голодные, и Нани с

Людмилой пошли туда, чтобы подогреть ужин. Хорошо, что газ еще есть. А

третью свечу мы отдали Отари. Он снова решил рисовать. Считает, что в

такой обстановке и в такую погоду лучше рисовать. Заодно он дежурит у

постели Гасана. Повар может прийти в себя, и поэтому нужен человек,

который постоянно находился бы около него.

- Это, наверное, придумал Мамука, - усмехнулся Дронго. - Он считает,

что несчастный повар может всех нас обманывать. Создать себе ложное

алиби, чтобы безнаказанно убивать. Очевидно, он начитался детективных

романов.

- Что случилось? - спросил подоспевший Алтынбай, - Ничего, - ответил

Дронго. - Просто одной женщине померещилась нечто неприятное. В такую

погоду рядом с убитой может померещиться все, что угодно.

- Эта ночь никогда не кончится, - прошептал Буянов.

- В этом доме есть еда? - крикнул Алтынбай в коридор. - Хоть

какая-нибудь?

- Мы сейчас принесем вам еду! - закричала Нани, услышавшая его

восклицание.

- Может, нам пойти и помочь им? - предложил Шарай.

- Я останусь с Наташей, - твердо сказал Буянов, - мне не хочется

есть.

- Если разрешите, я посижу с вами, - попросил Дронго и, обернувшись к

Вейдеманису, сказал ему:

- Эдгар, спустись вниз и побудь с остальными. В такой обстановке у

любого могут сдать нервы.

Мужчины повернули обратно, а Дронго вместе с Буяновым сели на стулья

рядом с Толдиной. Она взглянула наконец на Дронго.

- Что вам нужно? - раздраженно спросила она. -Ну, я испугалась как

последняя дура. Нервы совсем сдают. А вы пришли еще и издеваться.

- Нет, - ответил Дронго, - иначе я бы не поднялся. Я понимаю ваше

состояние.

- Что вообще вы можете понять! - крикнула она. - О чем тут говорить?!

Сережа, дай мне сигареты...

- У меня кончились, - виновато сказал Буянов. - У вас есть сигареты?

- спросил он, обращаясь к Дронго.

- Я не курю.

- Извините. Наташа, сейчас я принесу сигареты, - сказал Буянов,

поднимаясь со стула и выбегая в коридор.

- Осторожнее! - крикнул Дронго. - Там темно! Когда они остались одни,

Дронго вдруг сказал, обращаясь к Толдиной:

- Не нужно так нервничать. Если вы соберетесь и поможете мне, может,

мы и найдем убийцу.

- Как это найдем? - спросила она, взглянув на Дронго. - Он уже давно

убежал.

- Убийца в доме, - возразил Дронго, и она вздрогнула.

- Что? Что вы сказали?

- Убийца в доме, - повторил Дронго, - и мы должны его найти.

- Господи! - выдохнула она. - Как вы можете так спокойно говорить?

- Вашу подругу убили, и мы должны понять мотивы убийства. Скажите

мне, почему она вдруг так плохо почувствовала себя, попав сюда. Почему?

- Не знаю, - очень тихо ответила Толдина, - я ничего не знаю. Почему

вы думаете, что сможете найти убийцу? - Я его все равно найду, - твердо

сказал Дронго, и очень нужно, чтобы вы мне помогли. Мы должны наказать

убийцу вашей подруги.

- Наказать, - иронически произнесла она. - Почему вы считаете, что

можете казнить и миловать по своему желанию? У вас есть права Бога? Кто

вы такой, чтобы судить других людей?

- Нет, - ответил Дронго, - я, конечно, не Бог. Но иногда мне кажется,

что я сражаюсь на его стороне.

В комнату вошел Буянов. Он протянул Толдиной одну сигарету и спички.

- Больше не нашел, - чуть виновато сказал он. - Все экономят -

боятся, что нам придется здесь долго сидеть. Женщины принесли еду.

Может, ты хочешь поесть?

- Нет, - ответила она. - Спасибо, мне ничего не нужно.

Буянов вопросительно взглянул на Дронго.

- Мне нужно знать, почему Катя внезапно почувствовала себя плохо,

попав в этот дом, - настойчиво сказал Дронго. - Поймите, я должен это

знать! Вы можете мне помочь. Почему?

- Я не знаю, - растерянно произнес Буянов. - Когда я приехал сюда,

она уже была в таком состоянии. Толдина молча курила сигарету.

- Вы говорили, что у нее были неприятности, когда погибли двое людей.

Это было не в Душанбе? - спросил Дронго у Буянова.

- Почему в Душанбе? - вдруг уточнила вздрогнувшая Толдина.

- Я не у вас спрашиваю, - строго оборвал ее Дронго, - вы ведь не

хотите мне помогать.

- Трагедия случилась во время съемок в Киргизии, - сказала Толдина. -

Тогда и погибли двое людей. Она все видела... Это было ужасно... Просто

ужасно.

Люди иногда бывают как звери.

- В каком году?

- Не знаю. Кажется, в девяносто втором. Господи, ну о чем мы сейчас

говорим?! Разве все это так важно? Разве все это интересно? Кати уже нет

на свете, а вы говорите о каких-то глупостях. Вам мало ее смерти, вам

еще нужно ее опозорить. Как все это гадко! Господи, как гадко и страшно!

- Она разрыдалась.

- Уйдите, - попросил Буянов. - Вы же видите, в каком она состоянии!

Дронго вышел из комнаты. Приблизился к лестнице и заглянул в комнату,

где лежал Гасан. Повар беспокойно спал, ворочаясь во сне. В углу комнаты

сидел художник, который что-то рисовал. Рядом стояла его жена. Дронго

невольно залюбовался Людмилой. Она была высокого роста, стройная и

красивая, ее длинная тень падала на стену, вырастая до потолка. При

одной горевшей свече в этой картине было нечто библейское. Он подумал,

что Отари прав, рисуя именно при подобном свете и в такую ночь.

- Как наш больной? - спросил Дронго.

- Спит, - ответил художник. - Мне кажется, что ему плохо. Он может

прийти в себя, и тогда боль снова напомнит о себе. Нани иногда заходит к

нам, но у нее нет никаких лекарств.

Из соседней комнаты донеслись сдавленные рыдания Толдиной.

- Что там случилось? - спросил Отари.

- Это, кажется, я довел ее своими расспросами, - мрачно сознался

Дронго. - Мне пришлось задать ей некоторые вопросы.

- Я понимаю, - сказал Отари. - Вы хотите найти истину.

- Кстати, насчет истины, - вспомнил Дронго, подвигая к себе стул. - Я

случайно слышал, как вы разговаривали со своим другом. Он советовал вам

ничего не рассказывать. Говорил, что это совсем не обязательно, а вы

убеждали его, что не можете молчать.

- Вы слышали наш разговор, - понял художник.

- Извините, но я случайно услышал. Вы можете сказать, о чем шла

речь?

- Могу, конечно, - взглянул на супругу Отари. Она сжала ему руку. - Я