Федорчука, который ничего не смыслил в нашем деле, но был убежден, что

половина личного состава жулики и проходимцы. Такое было время. Нужны

были показательные процессы, чтобы убедить всех в коррумпированности

сотрудников милиции. И ты попал под эту волну.

- Но ты ведь знал, что я не виноват. Что я не брал этих денег, - зло

сказал Стольников. - Знал, что мне их подбросили. Почему же ты

промолчал?

- Я не молчал, - упрямо повторил Цапов, - я же тебе говорю, время

было такое. Меня просто послали подальше. Я ходил на прием и к

генеральному прокурору, вернее, он меня не принял, но я к нему

записывался. Я даже просился на прием к министру, но тот меня тоже не

принял. А потом мне посоветовали вообще не лезть в это дело. Я писал

тебе в колонию.

- А я не читал письма, - горько сказал Стольников, - с тех пор, как

получил письмо от своей стервы, где она сообщала, что решила со мной

развестись. Я не читал после этого ни одного письма. Сжигал все, что мне

приходило. Решил отрезать свою прежнюю жизнь, а потом начать все

сначала.

- И начал? - спросил Цапов, показывая на больницу.

- А что мне оставалось делать? С голоду подыхать? Или швейцаром

где-нибудь в казино устроиться?

- И ты решил стать бандитом.

- Во всяком случае, здесь я делаю то, что умею. И ты мне мораль не

читай. Видел я эту мораль и когда меня брали ни за что, и когда меня в

колонии гноили. Ты ведь знал, что деньги мне подбросили.

- Конечно, знал, - кивнул Цапов, - поэтому и ходил повсюду. Но

доказательства были железные. На деньгах оказались твои отпечатки.

- Так эта дрянь ведь меня тогда обманула, - пояснил Стольников, -

откуда я знал, что ее подослали из КГБ. Она ходила ко мне несколько

дней, а потом сказала, что знает, где прятал деньги ее бывший любовник.

А мне как раз нужны были эти деньги, как доказательство его вины. Он

ведь забрал из сберкассы новые пачки денег, номера которых были

переписаны. И я решил, что если номера совпадут, то дело можно

закрывать. Когда она принесла мне деньги, я от радости ни о чем не

думал. Сразу взял их и сел сличать.

- Нужно было вызвать еще кого-нибудь, - вставил Цапов.

- Ты мне еще про понятых расскажи, - отмахнулся Стольников. - Откуда

я мог знать, что все так получится. Сижу в своем кабинете один, сличаю

номера денег, и вдруг врываются сотрудники КГБ, прокуратуры, кричат -

руки на стол, и сразу показывают на деньги. А заодно и на мои руки, где

уже остались следы их порошка, которым они деньги обрабатывали. Ты ведь

знаешь, что на деньгах тогда писали слово "взятка". Можно было увидеть в

ультрафиолетовых лучах. И возражать невозможно. Сколько я ни доказывал,

что деньги взял на проверку, никто мне не верил. Прокурор даже издевался

надо мной, сказав, что на проверку нужно было брать большую сумму, чем

эта. И мне дали на всю катушку. А ты говоришь, стал бандитом... А кем я,

по-твоему, должен был после этого стать?

- И сейчас работаешь на этого упыря?

- На себя, - зло сказал Стольников, - а этот упырь, кстати, не такой

уж и плохой. Бывают и похуже.

- Бывают, - согласился Цапов, - только для меня они все на одно лицо.

- Разные у нас с тобой взгляды на лица, - ответил Стольников. - Я

такие рожи в колонии видел, что не дай тебе боже. Они снова помолчали.

- Ты был на даче вчера? - вдруг спросил Цапов.

- Нет, не успел. Мне устроили засаду, и я чудом остался жив.

- Где?

- Этого я тебе не скажу.

- Но ты можешь объяснить, что происходит? - настаивал Цапов.

- По-моему, все и так ясно, - усмехнулся Стольников, выбросив окурок,

- на него решили наехать. Не знаю почему, но догадываюсь кто. И, как

видишь, устроили все с размахом. Вы же не дети, Константин, должны

понимать, что такое нападение с гранатометами в Москве могли

организовать лишь несколько человек.

Вот и ищите среди них обидчика Исмаила Махмудбекова.

- Спасибо и на этом.

- А как девочка? - спросил, в свою очередь. Стольников. - Она у вас?

- Нет, мы ее действительно ищем. Ее нигде нет. Мы проверили все дачи

вокруг, но нигде ее не нашли.

- Думаешь, ее забрали с собой? - помрачнел Стольников.

- Нет, - убежденно сказал Цапов, - не думаю. Я там сегодня был. Ты

знал такую женщину - Светлану Михайловну?

- Знал, конечно, - мрачно признался Стольников. - Она была самым

близким другом нашего босса. Но ее же вчера убили.

- Вот именно. Убили у задней калитки. Она успела закрыть дверь и

выбросить ключи, когда ее расстреляли. Понимаешь, что случилось. Она не

убежала, хотя могла бы успеть, там рядом густой лес, а закрывала дверцу,

словно помогая кому-то сбежать. И потом ключи выбросила. А мы в лесу,

рядом с дачей, нашли браслет, на котором было написано имя - Ирада.

Значит, девушка успела убежать. И где она теперь, мы не знаем.

- Ее нужно найти, - задумался Стольников, - отец ее безумно любит.

Если с ней что-нибудь случится, он сойдет с ума.

- Ты можешь нам помочь? - спросил Цапов.

- Ты меня вербуешь? - засмеялся Стольников. - Хочешь сделать из меня

платного агента?

- Кончай дурить, Слава, - серьезно сказал Цапов, - у нас с тобой

сейчас общая цель - найти девчонку. И ты должен нам помочь.

- Я вам ничего не должен, - возразил Стольников, - но насчет девочки

ты прав. Ее действительно нужно найти. Жалко, если она попадет в руки

этих скотов, устроивших вчера такой погром на даче.

- Где нам взять ее фотографию?

- Не знаю.

- Но ты ее видел в лицо?

- Да, конечно. Я же вчера их встречал.

- Может, поможешь сделать фоторобот? - предложил Цапов.

- Нет, - резко отрезал Стольников.

- Почему нет?

- У тебя есть гарантия, что эта фотография не попадет в руки тех, кто

вчера напал на дачу? А если они тоже захотят найти девочку? Это ведь

такой козырь в их руках. Отец пойдет на все, лишь бы освободить дочь.

- Ты хотя бы знаешь, где ее искать? - спросил Цапов.

- Понятия не имею.

- Но ведь ты должен знать, где находились квартиры, офисы и вообще

любимые места твоего хозяина. Извини, не хотел тебя обидеть.

- Нет, все правильно, - криво улыбнулся Стольников, - он мне платит,

значит, действительно мой хозяин. Просто вся беда в том, что я-то эти

места хорошо знаю, а девочка не знает. Она пять лет не была в Москве.

Она здесь вообще никого не знает.

- Русский язык она хотя бы знает?

- Да. И неплохо. Они ведь дома говорили и по-русски.

- Деньги у нее были?

- Откуда я знаю. Я сам со вчерашнего дня места себе не нахожу.

Девчонку жалко, пропадет ведь...

- В общем, дело - труба, - невесело подвел итог Цапов. - Дай мне хоть

номер твоего мобильного телефона, чтобы я мог тебя найти.

- А ты мне свой, - кивнул Стольников, - мы ведь с тобой, кажется,

снова становимся напарниками.

Глава 6

"Шестисотый" "Мерседес" стал неотъемлемым атрибутом любого

состоятельного человека в Москве. Именно такой автомобиль в

сопровождении двух "БМВ" подъехал к офису известной компании.

Выскочившие охранники подождали, пока из "Мерседеса" выйдет сравнительно

молодой светловолосый человек с неприятными зелеными глазами. Он

деловито прошел к лифту, куда вместе с ним вошли трое охранников.

На этаже, куда их доставил лифт, телохранители выскочили первыми, и

лишь затем вышел их хозяин и уверенно направился к кабинету главы банка.

Не сказав никому ни слова в приемной, он сразу же вошел в кабинет.

- Добрый день, Андрей Потапович, - развязно сказал гость, проходя к

столу.

Сидевший в роскошном высоком кресле хозяин кабинета вскочил со своего

места. Ему было около шестидесяти. У него было одутловатое лицо, большие

мешки под глазами, двойной подбородок. Он возмущенно замахал руками.

- Сколько раз я говорил, чтобы ты не приходил сюда, Михаил. Твои

визиты в мою компанию в сопровождении этих крестоносцев вызывают массу

сплетен.

- Поболтают и перестанут, что им еще делать, - отмахнулся Михаил,

усаживаясь напротив стола президента компании.

- Вот именно, - буркнул его собеседник, - все газеты написали о

вчерашнем нападении на дачу Махмудбекова. Я с ужасом думаю, что напишут

завтра.

И по телевизору уже сообщили. Говорят, там была самая настоящая

бойня.

- Возможно, - согласился Михаил, - Борис не рассказывал мне

подробностей.

- Твой Борис уголовник, - закричал Андрей Потапович, - и ты об этом

прекрасно знаешь. Это уже второе такое нападение. Он стал у тебя

специалистом по нападениям на дачи. Может, ему понравилось устраивать

такие представления и он нападет и на наши дачи?

- Без моего разрешения не нападет, - серьезно сказал гость, - но