У этого были густые черные усы и полное, почти добродушное лицо, сразу

выдававшее в нем человека восточного происхождения.

- Может, ты неправильно договорился Гасан? - спросил молодой,

по-прежнему не садясь на стул.

- Он профессионал, наверное, ходит вокруг, все проверяет. Не

беспокойся, обязательно придет.

Молодой беспокойно прошелся по комнате.

- А он сам - надежный человек?

- Говорят, очень. Ты же знаешь, через какую цепочку я на него выходил.

Очень трудно его найти. И очень дорого. Но работу свою делает хорошо.

- А где ребята?

- Здесь их держать нельзя, сразу почует. Он как волк, все видит, а что

не видит, то чует. Знаешь, в наших горах водятся такие волки. Помнишь, мы

убили одного у овечьего загона.

- Ладно, потом, - прервал его воспоминания молодой. Уже полчаса прошло.

Когда наконец появится твой гость, Гасан? Может, это засада, нас

опередили?

- Какая засада? - даже обиделся Гасан, - я сам с ним договаривался. Об

этой квартире, кроме нас двоих, никто не знал. Ты и мне не доверяешь,

Ильгар?

- Доверяю, доверяю. Но очень долго. Сам понимаешь - такое важное дело.

Я не мог послать наших людей.

- Конечно, - кивнул Гасан, - начнется война, а это нам сейчас совсем не

нужно. Но ты прав. Борис совсем обнаглел. Если бы не Резо, он бы так себя

не вел. Их карта - Резо. А ты сам знаешь - к нему так просто не

подобраться.

- И твой гость тоже не подберется? - нервно спросил Ильгар.

- Подберется. Он выследил Резо как белку. Можешь не беспокоиться.

Дверь бесшумно открылась.

Оба насторожились.

В квартиру вошел невысокий человек, в большой темной шляпе, длинном

пальто, с зонтиком в руках. Зонтик он оставил в прихожей и прямо в пальто

шагнул в комнату. Руки у него были в темных перчатках. Он спокойно, очень

спокойно спросил у Гасана:

- Я правильно зашел?

- Конечно, - Гасан передохнул, бросая взгляд на Ильгара.

Тот сел рядом с ним.

- Что-нибудь пить будете? - спросил Гасан.

Под шляпой почти не было видно лица гостя, усевшегося напротив.

- Нет, - коротко ответил он, - давайте о деле.

- Нам говорили, что вы... - Гасан повторил по-русски с небольшим

акцентом, в отличие от Ильгара, коверкавшего слова.

- Это неважно, - перебил его довольно неучтиво гость, - что нужно

делать? Обычно я принимаю заказы по телефону. Не люблю, когда меня

вызывают для беседы.

- Это другой случай, - улыбнулся Гасан, - очень важная работа.

- Цена?

- Десять тысяч долларов, - чуть поколебавшись, ответил Гасан.

- До свиданья, - поднялся гость.

- Подожди, послушай, - разозлился Гасан, - скажи свою цену.

- Скажите, какое задание?

- Твою мать, - выругался на своем языке Ильгар.

- Убрать одного человека нужно, - пояснил Гасан.

- Есть его фотография?

- Да, вот, - Гасан протянул фотографии.

- Бросьте на стол, я посмотрю.

- Не понял, - удивился Гасан, но фотографии бросил.

Осторожно касаясь их пальцами в перчатках, гость посмотрел фотографии.

- Ясно, - кивнул он наконец, - теперь расскажите о нем.

- Он коммерсант, владелец двух банков, казино, бара. Все его адреса вот

на этой бумаге. Прочти и верни нам. Адрес его семьи, адрес его офиса,

адрес его любовницы, адрес его дачи, адрес его другой дачи.

- Срок?

- Чем быстрее, тем лучше, - засмеялся Гасан, переглядываясь со своим

напарником.

- Только я беру деньги вперед.

- Как вперед? - не выдержал Ильгар, - почему?

- Чтобы больше вас не видеть, - пояснил гость, - вы сделали заказ,

оплатили его. Остальное - мое дело. Больше мы никогда не увидимся. Если

согласны, я скажу цену, если нет, до свиданья.

- Сколько? - прохрипел Ильгар.

- Сто тысяч.

- Он сумасшедший, - пробормотал Ильгар, - ничего не давай ему, гони в

шею.

Гасан не согласился.

- Не спеши, - сказал он на своем языке и снова, обращаясь по-русски,

произнес:

- Дорогой, ты возьмешь деньги и уйдешь. Где мы потом тебя найдем?

- Если не сделаю дело, верну деньги. Вы знаете, через кого вы на меня

выходили. Там шуток не понимают, - холодно заметил гость.

- Хорошо, - выдохнул Гасан.

- Хочешь заплатить? - спросил Ильгар.

- Резо стоит таких денег. Зато избавимся от него раз и навсегда, -

убедительно говорил Гасан своему компаньону, - давай соглашайся, потом

больше возьмем. Казино наше будет, такие деньги, только считать успевай.

- Куда привезти деньги? - спросил он незнакомца.

- Завтра утром в десять прямо здесь. Я зайду за деньгами.

- Хорошо, дорогой, мы тебе верим. Только ты нас не подведи.

- Не подведу, - усмехнулся незнакомец, - до завтра.

- А когда сделаешь все? - крикнул Ильгар.

- В течение месяца. Нужно все просмотреть, подготовить. Устраивает

такой срок?

- Да, - кивнул Ильгар.

Когда незнакомец вышел, Ильгар посмотрел на Гасана.

- Не нравится мне этот тип.

- Он профессионал, знает свое дело. Раз говорит деньги вперед, значит,

так нужно, - кивнул Гасан.

- А если потом расколется? Знаешь, что будет. Такая война начнется, по

всему городу выстрелы и взрывы бомб слышны будут. Резо снова собирает

всех.

- Этот не расколется, - задумчиво ответил Гасан, - он умеет думать.

Знает, что если придет после задания, мы его уберем. Значит, осторожный

человек, зря не рискует. Это очень нужно, чтобы был осторожный человек.

- Когда у нас встреча?

- Сегодня в шесть.

- Вызывай наших ребят, поедем пообедаем, - распорядился Ильгар. Гасан

поднял трубку телефона.

Не люблю, когда меня зовут таким способом. Чувствуется почерк бандитов.

Никакой конспирации, никакой подготовки. Приезжай, говорят, и сидят там

сразу вдвоем. Разве такие заказы делают при свидетелях. Даже при очень

близких. Хотя эти двое, кажется, компаньоны.

Вообще не люблю всех этих "черных" - чеченцев, азеров, лезгин.

Насмотрелся я на "черных" в Афгане, на всю жизнь хватит. Правда, в

последнее время среди заказчиков встречаются и они. Но это очень редко.

Южные группировки имеют своих дешевых боевиков, вызывают из гор пачками,

те и стреляют на улицах. Правда, глупо стреляют, не серьезно. Никакой

подготовки, никакого умения. Серьезные задания им поручать, конечно,

нельзя, но для устрашения азиаты вполне подходят. Налетят целой ордой,

постреляют и снова к себе домой.

Когда вызывали, я уже тогда понял - война, счеты сводят. Так потом и

получилось. Хотят, чтобы убрали лидера грузинской группировки, будто я его

не знаю. Его вся страна знает. А своих посылать боятся - могут

промахнуться, ошибиться. Да и не выгодно. Другие банды знать будут, кто

убрал этого Резо. Значит, нужно вызывать меня.

Не люблю я иметь дело с такими заказчиками - жадные, наглые,

недоверчивые, еще торговаться начинают, как на базаре. Недавно нанимала

меня одна такая группировка, тоже пытались торговаться, но я сразу ушел,

не люблю споров. Мое дело требует тишины.

Конечно, сначала я в ту квартиру не пошел. Три часа вокруг ходил,

видел, как они своих людей отослали. На инвалида никто внимания не

обращал, вот к ближе и подобрался. Ребята-охранники уехали, а двое их

боссов остались на квартире. На всякий случай я проверил все соседние

квартиры, обзвонил, обошел. В таких делах пустяков не бывает. Может

специально меня вызвали мои бывшие заказчики, хотят убрать, об этом тоже

всегда помнить нужно. Тем более, если заказчиков двое. Правда, все было

нормально, и я пошел на встречу.

Сначала заехал в соседний переулок, остановил свой инвалидский

"запорожец" и переоделся. Потом еще раз проверил подъезд и поднялся

наверх.

Молодой мне сразу не понравился, платить отказывался, ругался. Другой

постарше, видимо, поопытнее. Но и этот сначала опасался, деньги давать

боялся. Дурачок, не понимает, что смываться я не буду. Не выгодно. Один

раз продинамишь, второй раз получишь пулю в лоб. Честным быть вообще

трудно, но экономически выгодно. Говорят, это девиз американцев. Не знаю,

в Америке никогда не был.

Конечно, я знаю, что я сукин сын. Но у каждого сукина сына должны быть

свои принципы, иначе трудно вообще существовать в этой системе ценностей.

Я ведь не всегда был таким. В свое время я был офицером, командиром

роты десантников, неплохим снайпером. В восемьдесят восьмом, уже перед

самым окончанием войны меня угораздило поехать в эта командировку в