выполнил, - это полный отказ от спиртного. Впрочем, он и

раньше не особенно им злоупотреблял, предпочитая местную

водку, разбавленную водой. Но после запрета врачей

благоразумно отказался и от этого. Мусульманину легче было

выполнять подобный наказ. Получалось, что он еще и совершает

богоугодное дело.

- Они почти ничего не едят, - заметил комиссар, хмуро

посмотрев на сидящих поблизости русских. - Вы думаете, наша

уловка уже сработала?

- Пока не знаю. Но в любом случае ясно одно: все

шестеро уже слышали про Юрия и вполне могут предполагать,

что он еще жив. Что вы рассказали менеджеру?

- Что раненый испытал болевой шок и потерял сознание.

Поэтому мы считали, что он умер, - тихо ответил комиссар.

- А я придумал, что пуля застряла в левом желудочке, -

так же тихо сказал Дронго. - Впрочем, наши уловки могут

сработать только в условиях чрезмерного напряжения. Убийца,

кто бы он ни был, обычный человек. И на его психику,

безусловно, давят два совершенных преступления. Поэтому он

или она обязательно должны нервничать, сомневаться,

анализировать собственные действия.

- Пока они сидят спокойно, - вздохнул комиссар, - если

бы я знал, что творится в их душау. По-моему, все они

недолюбливали братьев. Даже их собственные девушки.

- Согласен, - кивнул Дронго, - одна из них сказала мне,

что здесь был целый океан ненависти. Настоящий океан. Вот он

и захлестнул обоих братьев, решивших, что, имея большие

деньги, можно нарушать любые законы. Что касается этих

людей, то все они в той или иной мере могут быть

подозреваемыми. Особенно во втором преступлении.

- Мне все это так надоело, - вдруг пожаловался Фикрет

Явуз. - До выхода на пенсию оставалось совсем немного. Я

думал, закончу свою карьеру благополучно. И вдруг эти

убийства. Если мы не найдем, кто их совершил, меня не просто

отправят в отставку. Я потеряю право на почетную пенсию и

должен буду отработать еще несколько лет уже в другом

качестве.

Он встал, вытащил сигарету. Но, подумав немного,

положил ее в карман и тяжело зашагал к выходу. Дронго выпил

свою чашечку чая и, поднявшись, подошел к официанту, который

обслуживал их столик. Показывая на Олега и Киру, тихо

спросил:

- Мне нужно знать, во время выстрела вот эта парочка

сидела здесь? Они все время были вместе?

- Нет, - ответил официант, - женщина выходила. Но не

туда, - показал он на выход. - Она выходила к террасе и, по-

моему, в туалет. Извините меня.

- Ничего, - улыбнулся Дронго, - все правильно. А другие

женщины в момент выстрела здесь были?

- Только одна блондинка. Но она вошла в ресторан за

минуту до выстрела. Остальных здесь не было, - убежденно

сказал молодой человек.

- У тебя прекрасная память, - оценил Дронго, - ты мне

очень помог, спасибо.

Затем он подошел к шестерым молодым людям,

расположившимся за соседним столом.

- Садитесь, - предложила Инна, рядом с которой был

свободный стул.

- Нет, спасибо, - отказался Дронго. - Надеюсь, вы

удобно устроились на вилле?

- И долго нас там будут держать? - поинтересовалась

Светлана.

- Думаю, нет, - успокоил ее Дронго, - от силы несколько

дней. Вас выпустят - как только ваш товарищ придет в себя и

сможет сказать, кто в него стрелял.

Шесть пар внимательных глаз. Дрогнула одна пара,

вторая. Упала вилка, которую обронил Рауф. Он чертыхнулся и,

наклонившись, поднял ее.

- Значит, он все-таки жив? - уточнил Олег.

- Пока жив, - уклончиво ответил Дронго, - но в очень

тяжелом состоянии. Врачи считают, что шансы равны. Фифти-

фифти. Он может и умереть. Главное, чтобы он успел перед

смертью сказать, кто стрелял в него.

- А умрет он или нет - это не важно? - чуть усмехнулся

Молчанов.

- Я такого не говорил. Просто считаю, что самое важное

для вас - наконец уяснить, что здесь случилось, и

благополучно уехать из Турции.

- Из-за братьев Кошелевых мы должны здесь сидеть, -

нервно заметила Кира. - Какая глупость!

- Помолчи, Кира, - одернул ее Олег.

- Почему я должна молчать? - возмутилась молодая

женщина. - Оба они были дрянью, а мы делаем вид, что их

жалеем. И из-за них теперь должны оставаться под стражей у

турок.

- Вас никто под стражу не брал, - возразил Дронго. -

Простите, Кира, но мне трудно с вами спорить.

Он отошел от стола, а Инна, вспыхнув, громко сказала

Кире:

- Почему ты такая злая? На всех бросаешься, как собака.

- Не твое дело, - огрызнулась Кира, - тоже мне,

примиренщица нашлась. Тебе еще повезло, что твой Виктор

сдох, а то бы он быстро из тебя дурь выбил.

Инна поднялась, не решаясь больше возражать.

- Зачем ты так? - печально спросила Юлия. - У всех

нервы на пределе.

- У нее тоже? Думаешь, я не знаю, где она была в ночь

после убийства Виктора? - спросила Кира. - Я видела, куда

она пошла. Вот к тому типу, который выдает себя за Шерлока

Холмса и ходит между нами с умным видом.

- Скорее он похож на Ниро Вульфа, - возразил начитанный

Олег. - Шерлок Холмс был худой, а этот здоровый и

широкоплечий.

- Отстань, - разозлилась Кира, - вы все решили со мной

спорить, да?

Она выскочила из-за стола и побежала к выходу.

- Я ее догоню, - встала вслед за ней Юлия. За столом

остались трое. Рауф невесело взглянул на Олега.

- Они, наверное, подозревают кого-нибудь из нас двоих,

- осторожно заметил он.

- С чего ты взял? - дернулся Олег. - Почему именно нас?

- Женщины не в счет. Значит, только один из нас мог

совершить это убийство. Ты думаешь, кто-нибудь из девочек

мог нанести такой удар ножом? Света, - вдруг обратился к

своей подруге Рауф, - иди к девочкам, мы хотим поговорить.

- Вы что, мальчики, - испугалась Света, - совсем с ума

сошли? О чем вы?

- Иди, иди, - кивнул ей Рауф, - у нас мужской разговор.

Она пожала плечами, но, не решаясь больше спорить,

встала из-за стола. Оставшись одни, мужчины смотрели в глаза

друг другу. Олег снял очки и протер стекла.

- О чем ты хотел поговорить?

- Кто летал в Тюмень? - спросил его Рауф.

- Мы вдвоем с Виктором.

- И вы договорились там о новых поставках? - уточнил

Рауф.

- Откуда ты знаешь?

- Виктор мне сам рассказывал. Он говорил, что вы там

поспорили. Ты просил давать тебе отчисления с прибыли, а не

держать тебя на голой зарплате.

- Ну и что?

- Ничего. Просто я подумал, что в случае смерти Виктора

место президента автоматически занимаешь ты. И единственный

человек, который мог этому воспротивиться, был брат Виктора.

Тебе не кажется, что их смерть могла бы пойти тебе на

пользу?

- Чушь какая, - презрительно скривил губы Олег, - я и

без этого убийства неплохо зарабатывал. Виктор вообще хотел

скоро отойти от дел, уступив кому-нибудь свой пост. Он

говорил, что хочет стать председателем правления, по образцу

американских компаний, и не вмешиваться в оперативные

вопросы управления.

- Но он не передавал тебе всех дел. Хотя ты в последнее

время и проявлял необычную активность.

- Глупость, - нервно заметил Молчанов, - все это твои

домыслы. Я ведь не вспоминаю, как вы поссорились перед самой

смертью Виктора. Точно так же я мог бы предположить, что

именно ты убил Виктора. У меня есть алиби. Я все время

находился в бассейне, где меня видели разные люди. В том

числе и наш переводчик, о котором мы говорили. А у тебя